Как-то раз работала я на скорой диспетчером. Принимала вызовы от населения. Звонит женщина и говорит, что у её ребёнка температура, понос и рвота уже 4 дня. Записываю адрес, фамилию, имя, отчество ребёнка. Спрашиваю, сколько лет? И слышу в ответ, что шесть месяцев.

– Сколько-сколько? А Вы чего ждёте, когда у ребёнка судороги начнутся или он умрёт от обезвоживания? Он же маленький совсем.

А женщина говорит с вызовом:

– Может быть, и жду! А Вам-то что до этого?

 Ну мне-то нет до этого никакого дела. Вот только мои коллеги будут с этим ребёнком плюхаться и лечить его. Отправила на вызов фельдшера, чья очередь была ехать. Когда фельдшер вернулась с вызова, рассказала:

– Представляешь? А мы на роды к этому ребёнку ездили полгода назад! А сейчас с обезвоживанием в инфекцию его привезли. Бывает же.

Мама сказала, что никуда не обращалась потому, что искала, куда детей пристроить на время госпитализации. Потом этого ребёнка перевели в областную больницу для лечения. Дальнейшую судьбу его я не знаю.

  Бывают «везунчики»: везёт им на роды домашние. Вот такой у нас доктор работал. За год до случая, описанного в предыдущем рассказе, попал этот врач на другие домашние роды. Но был он уже с другой помощницей. Вот помощница Лена и рассказывала потом. Сам врач не очень-то подробностями делился. Так, в общих чертах расскажет – и всё.

  Дают бригаде вызов в лесничество в домик лесника. У жены лесника роды. Восьмые. И ехать далековато, около часа. Это только туда, а до роддома в два раза дальше, потому как в обратную сторону, да ещё и в другой город. У нас своего роддома не было тогда. Лена говорила, что в дороге переживали: а вдруг в дороге родит? Но ничего, обошлось без родов в машине.

  Когда бригада прибыла на адрес, женщина уже родила и ребёнка, и послед. Лежала в постели, ребёнок у неё на груди. Рядом на столике лежали пелёнки и стоял пузырёк с зелёнкой. Встретила бригаду словами:

– Я в роддом не хочу ехать. Вы пуповину перевяжите просто. Я вон и зелёнку приготовила.

  Пришлось всё же женщине отказать. И тогда она сказала, что напишет отказ, и, если врачи хотят, пусть ребёнка забирают, а она дома хочет остаться. Но и здесь её ждал отказ. Увезли женщину в роддом вместе с ребёнком. Ребёнок доношенный. В роддоме взвесили: 3600 граммов. Внешне вполне здоров.

  Лена потом рассказывала, что с женщиной выросло только трое детей. От остальных она в роддоме отказывалась. И от этого собиралась отказаться. Ещё одна история о том, что у кого-то пусто, а у тех, кому не надо, густо.

  Те, кто давно работает на скорой, хоть раз да принимали роды в домашних условиях или в машине. А то и не раз. И даже не два. Сегодня я расскажу об одних домашних родах.

  Тогда мы работали по одному медику в бригаде, кроме врачебной бригады. А мобильных телефонов не было. Звонили только со стационарных. Я в эту смену работала, но, к счастью, не я поехала на этот вызов. В то время было правило: у детей вызовы не принимать. Много «шутников» было. А тут звонит пацан и говорит:

– Мамка у меня рожает. Приезжайте.

  Диспетчер говорит, чтобы взрослых позвал к телефону. Парнишка отвечает:

– Тётенька, я из автомата говорю, отца у нас сроду не было, а мамка дома рожает. Некого позвать. И на улице нет никого. Вы лучше приезжайте. А то, что я с малым делать буду? Я собаку в огород уберу, калитку открою. Вы приезжайте.

  Что делать? Принимает диспетчер вызов. А вдруг не баловство? Очередь ехать одной из фельдшеров. Диспетчер даёт ей вызов, а фельдшер и говорит, что знает эту женщину. В прошлом году рожать её возила, еле успела довезти, чуть в дороге не родила.

– Не. Я не поеду. Это врачебный вызов, точно говорю. Посылай их роды принимать.

  Пошла диспетчер на поводу и послала на вызов врачебную бригаду. Не пожалела. Потом уже рассказывали медики из врачебной бригады.

  Зашли в дом. Мальчишка лет 10 показал, куда идти. Заходим в комнату. Там, в проходе между двумя кроватями, лежит женщина. Как пришла из коровника, где работала до самых родов, в телогрейке и сапогах, так и улеглась. Телогрейка и юбка грязные, сапоги в навозе. Женщина юбку задрала на грудь, ноги в разные стороны развела, обкакалась и прямо в своё дерьмо родила ребёнка.

– Мы, – говорит помощница, – к ней успели только подойти, а она натужилась и прямо туда его вывалила. Плюх!

  Новорожденного ребёнка из какашек выловили. Пока помощница ребёнка отмывала в воде, которую мальчишка принёс в чайнике, врач оставался с женщиной, пока она не родила послед. Это был седьмой ребёнок у женщины. Была она безотказной, как в плане секса, так и в плане работы. Никому не отказывала, поэтому не знала, от кого именно рожала. И работала скотницей на животноводческом предприятии до самых родов. На учёт в женскую консультацию не вставала, когда последняя менструация была, не знала. Срок беременности был неизвестен.

  Ребенок родился на 2850 грамм – об этом узнали уже в роддоме. Внешне вполне нормальный. Выписалась женщина потом из роддома вместе с ребёнком. Знаю это потому, что через полгода к этому ребёнку я вызов принимала. Но это уже другая история.

 Этот рассказ был написан 07.01.2018. И не важно, что тот случай остался в прошлом. Такие истории повторяются постоянно.

  Сегодня седьмой день этого года. Надеюсь, что всю новогоднюю еду уже съели. Вот в прошлую смену дают мне вызов: у мужчины 34-х лет понос, рвота. Вызывает мама.

  Приехали на вызов. У пациента рвота многократная, жидкий стул 5 раз, температура 37,5. И вот расспрашиваю я мужчину:

- После чего всё началось, что ел?

  Отвечает, что сегодня работал, а на работе съел кусок торта, что с 31 декабря остался после празднования Нового года. Как бы всё понятно. Говорю, что надо ехать, а пациент не соглашается. На вопрос:

- А зачем скорую вызвали?

  Отвечает:

- Я думал, что вы мне поможете.

  Ну, как я могу помочь? Чопик не поставишь ведь. Да и не поможет он. А лекарства пить – толку мало: рвота. Сказала маме пациента, чтобы уговаривала она его.  Уговорила, правда, пришлось ей на него прикрикнуть.

  Привожу в инфекционное отделение. Медсестра с порога спрашивает:

– Что привезли? Салатик?

  Отвечаю:

– Нет. Тортик прошлогодний.

  Медсестра улыбается:

– А мы сегодня пока только салатики принимали прошлогодние. Тортик первый будет.

  Уважаемые! Не надо прошлогоднюю еду есть. Даже если «жаль выбрасывать».

  Как и обещала ранее, расскажу про очень интересную внематочную беременность. Вернее, перескажу рассказ нашей преподавательницы. Но сначала немного ликбеза для тех, кто не знает. Обычно оплодотворение яйцеклетки происходит в фаллопиевых (маточных) трубах. Затем оплодотворённая яйцеклетка спускается в полость матки, прикрепляется к стенке и начинает развиваться. В том месте, где прикрепилась яйцеклетка, начинает развиваться плацента. Если яйцеклетка прикрепилась и стала развиваться вне полости матки – это внематочная беременность. По месту прикрепления оплодотворённой яйцеклетки внематочная беременность бывает трубной, яичниковой, шеечной и брюшной. Чаще всего бывает трубная беременность. В подавляющих случаях внематочная беременность не приводит к появлению ребёнка, а заканчивается оперативным вмешательством. Но об этом как-нибудь в другой раз.

  Преподавательница по гинекологии рассказала, что, когда она училась в мединституте и проходила практику в Институте охраны материнства и младенчества, побывала на уникальной операции по извлечению из полости живота плода, развившегося в результате внематочной беременности. Была проведена полостная операция. Ребёнка достали живого и внешне здорового. А теперь – подробности.

  История давняя – конец шестидесятых годов. Не было тогда УЗИ и тестов на беременность. Пришла женщина на приём к гинекологу с жалобами на задержку менструации в течение 5 дней. Гинеколог после осмотра сказала, что матка нормальных размеров. Просто нарушение цикла. Надо подождать. Через месяц женщина вернулась. Менструации так и не было, но увеличилась грудь, прибавился вес. Женщина, рожавшая дважды, знала, что так проявляется беременность. Но осмотр гинеколога показал, что матка у неё обычных размеров. Значит, что? Это значит, что беременности нет, но есть гормональный сбой. Что назначили в женской консультации, я не знаю и придумывать не буду. Знаю только, что женщина в следующий раз пришла в женскую консультацию, когда почувствовала шевеление ребёнка. Но не сразу, а выждала 2 недели, чтобы точно убедиться. Пришла. Матка нормальная, но и плод прощупывается. Уже не отмахнёшься. Срок беременности был выставлен, основываясь на дате последней менструации. Направили наблюдаться в институт ОММ. Моя преподавательница присутствовала на этой операции. Оказалось, что плацента прикрепилась к капсуле печени. Операция прошла успешно. Все живы и здоровы. Случай этот уникален.

  В начале девяностых в какой-то газете я прочла ещё об одном случае развившейся внематочной беременности, но уже в США. Провели операцию по извлечению плода на сроке 38 недель беременности, развившегося вне матки. Там плацента прикрепилась к большому сальнику. Женщина была футболисткой. В газете высказывалось предположение, что оплодотворённая яйцеклетка вылетела из трубы во время падения женщины на тренировке. Мол, от сильного сотрясения тела такое вполне возможно.

 Этот казусный случай произошёл с нашим врачом. До сих пор улыбается, когда вспоминает, как его обманули.

  Поехала врачебная бригада на вызов к женщине 36 лет. Повод к вызову – боль в животе. По квартире было видно, что пьянствуют здесь давно. Стол с остатками пиршества: грязные тарелки с остатками пищи, пепельницы, полные окурков, рюмки и стаканы, пустые бутылки на полу. За столом сидело несколько человек, кто-то ещё копошился на кухне. Пациентка с пропитым лицом, пьяная, оживлённая. Сказала, что живот у неё болит уже несколько часов. Пила водку – не помогает. Пациентку для осмотра уложили на диван. И сразу в глаза бросился увеличенный живот, какой обычно у беременных бывает во втором триместре. Врач спросил о возможности беременности. Пациентка ответила:

– А фиг его знает! Всё может быть.

На вопрос, когда была последняя менструация, ответила, что не помнит.

– Вроде зимой, а сейчас лето. Точно! Полгода назад были.

  При пальпации выявлено болезненное образование, возвышающееся над лоном на 20 см. Врач расценил это образование как увеличившуюся за счёт беременности матку. Очень уж похоже. Предложил поехать в отделение патологии беременных. Женщина с радостью согласилась. Ещё бы! Нежданно-негаданно оказалась она беременной. Здорово же! Друзья-собутыльники её поздравили. С тем бригада с пациенткой и уехала в больницу. В диагнозе значилось: беременность 19-20 недель, угроза прерывания беременности. Врач акушер-гинеколог увела женщину в смотровую. Через небольшой промежуток времени вернулась, хихикая, и сказала:

– Беременность эта очень временная. Сейчас выведем мочу, и беременность кончится. Поедет женщина домой. Острая задержка мочи у неё. С утра помочиться не может.

  Оказывается, что у женщин на фоне приёма алкоголя тоже бывает задержка мочи. Сначала терпит и не идёт в туалет, а потом уже не может.

  Произошло это событие в моём городе в начале девяностых годов, когда я только мечтала пойти учиться на медика. Моя троюродная тётя работала тогда в больнице, и всё интересное, что там происходило, рассказывала своей сестре, она своей дочери, а дочь... Ну, вы поняли. Конечно, без фамилий и адресов. Но это было и неважно.

  Мне до сих пор стыдно за моих коллег. Много раз было сказано, что больных надо смотреть. И нельзя идти на поводу чужого мнения, надо собственное иметь. Неважно, совпадает оно с мнением других или нет.

  Вечером привезла бригада скорой помощи в приёмный покой городской больницы женщину 46 лет с диагнозом «ущемление пупочной грыжи». Тогда ещё не требовали, чтобы скоровики дожидались дежурного врача, а отводили или отвозили пациента в смотровую и отдавали сопроводительный лист медсестре. На словах давали пояснения. Вот фельдшер и пояснил, что женщина вызвала скорую потому, что «у неё грыжу ущемило». А так как пациентка страдает ожирением, фельдшер её живот осматривать даже не стал. Сказал:

– Я не хирург. Что я в этом жире увижу?

  Фельдшер уехал. Медсестра позвонила в отделение. Врач пришёл через полчаса. Узнал фамилию пациентки и пошёл в смотровую. Через минуту прибежал со словами:

– Какого хрена! Она же рожает!

  На этом подробности заканчиваются. Хирург, говорят, страшно на скорую ругался. И его можно понять. Вызвали повторно бригаду, но уже на роды. Женщина была в потугах. Когда приехала бригада, хирург уже принял роды. Женщину с младенцем увезли в роддом. Фельдшер оправдывался потом:

– Она сказала, что у неё грыжа пупочная уже давно. А сегодня живот стал болеть, и она сходила к хирургу на приём. Он её посмотрел и сказал но-шпу выпить. Если боль не пройдёт, вызвать скорую помощь. Я и поверил хирургу.

  P. S. Лет 10 назад в нашей больнице ввели в обязаловку – передавать пациента с рук на руки. Жаль, что не всегда это происходит. После ожидания врача в течение 10 минут бригада скорой может покинуть приёмный покой без подписи дежурного врача, кроме тех случаев, когда пациент находится в тяжёлом состоянии. Ещё более жаль, что к этому решению привело множество смертей пациентов, находившихся в приёмном покое и оставшихся без медицинской помощи.

Но это другая тема для беседы.

Никому нельзя верить. НИКОМУ! Особенно женщинам.

 В одну из смен в два часа ночи дают вызов к женщине 28 лет. Вызывала мама, сказала, что дочь упала с кровати и сломала рёбра. Пока ехали, голову ломали: какой должна быть кровать и что надо на ней делать, чтобы упасть и рёбра сломать? Разве что пари не заключили. Приехали. Посмотрели. Ни за что не угадаете мой диагноз. У пациентки почечная колика! Учащенное мочеиспускание, боль в правом боку, симптом поколачивания справа положительный (это когда легко ударяешь по области почек, а пациент, когда постучишь с больной стороны, возмущается: «Больно же!»), а ещё тошнота, слабость, резь при мочеиспускании. Вы спросите: при чём здесь упала и рёбра сломала? Я тоже это спросила. Оказывается, вот уже два часа, а то и более, девушку беспокоят эти жалобы. Час назад выпила таблетку «найз». Не помогло. Муж уснул, а пациентка пошла в туалет. Когда вставала с кровати, её «качнуло», и девушка упала на кровать. Упала и разрыдалась. Проснулся не только муж, но и мама, которая спала в соседней комнате. Мама-то и вызвала «скорую». Говорит, что сама не поняла, что случилось. Девушку мы, конечно, после укольчиков увезли в больницу. Но разочарование осталось. Нам так хотелось узнать, кто был прав, строя предположения об обстоятельствах травмы. А тут... Эх, нельзя людям верить на слово.

  Есть множество историй о том, как женщина не поняла, что забеременела. Расскажу вам ещё историю. Её нам рассказывала преподаватель по акушерству и гинекологии.

  Наша преподавательница по акушерству много лет отработала в роддоме, а потом ушла работать на участок в женскую консультацию. 2 дня в неделю преподавала у нас в колледже. К слову сказать, я считаю, что лучшие преподаватели получаются из «практиков». Не сравнить с «теоретиками». Ведь «теоретик» знает предмет из написанного другими людьми, а «практик» дополняет эти знания собственным опытом. Одни только их истории чего стоят. Очень наглядными рассказы получаются. Возможно, это справедливо только к преподавателям медицинских дисциплин.

  Дальнейшее повествование написано от имени преподавательницы.

«Одна из моих подруг жила на моём участке. И, естественно, я её на приёме и не видела никогда. Мало того, в свои проблемы со здоровьем она меня не посвящала. Считала, что у меня и так работы много. Посещала она другого гинеколога. Вот о моей подруге и пойдёт речь.

  Однажды утром звонит подруга и рыдает в трубку. Говорит, что когда-то давно у неё обнаружили фибромиому матки. Сказали, что, пока не растёт, трогать опухоль не будут. И вот опухоль начала расти, а подруга всё тянула с походом в больницу. «Но она такая большая стала! Наверное, оперировать уже надо, но я боюсь». И плачет навзрыд. Я ей отвечаю:

– Приходи ко мне сегодня на приём. Посмотрим, что за опухоль.

Когда подруга зашла ко мне в кабинет, медсестра сразу сказала:

– А почему на учёте по беременности не стоите?

  Подруга возмутилась: мол, она не беременная, это опухоль у неё. И она не может быть беременной, потому что с 35 лет у неё стойкая аменорея (отсутствие менструаций). Лечили, лечили да и плюнули на это.

  Уложила я её на кушетку и стала осматривать. На кресло пока не погнала. А у «опухоли» головка уже прощупывается и сердцебиение выслушивается. Говорю ей, что это беременность. Подруга не верит. Поверила, когда на УЗИ сходила. 28 недель беременности. Мальчик. Стала просить дать направление на прерывание беременности: «Что я сыну скажу? Он же скоро из армии вернётся!»

  Вынуждена была ей отказать. Искусственно прерывать беременность уже поздно. 28 недель беременности – ребёнок родится живой. Пришлось смириться подруге с таким «нежданчиком» в 52 года. Ребёнок родился абсолютно здоровым и с отменным иммунитетом. В детском садике почти не болел. В семье – любимец. А старший брат в нём души не чает. В этом году мальчик пошёл в первый класс».

Вот такую интересную историю нам рассказали. Я запомнила ещё одну историю из тех, что нам на акушерстве и гинекологии рассказывали. Но она про внематочную беременность. Расскажу в другой раз.

 Этот рассказ я написала, находясь под впечатлением от вызова, на котором побывала тогда.

  Пожилая женщина сломала руку. Встретила она нас в коридоре. Для оказания помощи провела на в кухню. А на кухне мы увидели мальчика. Сначала я подумала, что ему лет 8. Из-за врождённых уродств он выглядел младше своих лет. Укороченная бочкообразная грудная клетка, нижние конечности настолько деформированы, что непонятно, передвигается ли мальчик при помощи ног или только с помощью рук. А вот руки нормальные, и лицо красивое. Ясные серо-голубые глаза, светло-русые волосы, ямочки на щеках. Чистый, аккуратный, вежливый и любознательный. Сразу с нами поздоровался. Когда накладывали шину, помогал тем, что придерживал её. Сказал, что ему тринадцать лет и зовут его Даниил. Я решила, что пациентка – это его бабушка. Пока мы оказывали помощь пострадавшей, приехала её дочь. Ребёнок остался с дочерью пациентки дома. По дороге в больницу я спросила о том, как учится Даниил: на домашнем обучении или в школе? И тут пациентка рассказала, что мальчик ей не родной внук. Дочь пациентки бездетная. Регулярно ездила в специнтернат в качестве волонтёра ухаживать за детьми-инвалидами. И вот привязалась к этому мальчику. Год назад она его усыновила. Данила сильно отставал от сверстников в учёбе, поэтому учился он в пятом классе. Но в таких учреждениях это обычное явление. Весь этот год приёмная мама занималась мальчиком, даже несколько репетиторов наняла. Сейчас готовятся к экзаменам, чтобы экстерном шестой класс закончить и перейти в седьмой.

  На этом рассказ прекратился – мы приехали в больницу. Вот преклоняюсь я перед такими людьми, как дочь пациентки. Могла бы ведь усыновить ребёнка без физического ущерба. Есть ведь и здоровые сироты. Но сначала она ухаживает за инвалидами, а потом и усыновляет одного из них. Уважаю и восхищаюсь.

  Несколько лет назад дают мне вызов: женщина, 36 лет, боли в животе. Выезжаю. На адресе – обычная женщина в обычной квартире. Из жалоб – ноющая боль в нижних отделах живота, кровянистые выделения из половых путей. Болит несколько часов. Принимала но-шпу – не помогло. Сейчас на работу идти, а болит. Последняя менструация была 2 недели назад, менструации регулярные, сбоев не было. На вопрос о возможности беременности отвечает отрицательно. Говорит, что половой жизнью не живёт, поэтому не предохраняется. Во время осмотра нащупываю какое-то образование над лоном, уходящее вглубь за лобковую кость. Женщина говорит, что в этом месте и болит больше всего. Ещё раз спрашиваю:

- Точно не может быть беременности?

  Отвечает, что точно-точно! У гинеколога не была больше года. Есть ли миома матки или ещё какие заболевания в гинекологической сфере, не знает. Ранее ничего не беспокоило.

  Предлагаю госпитализацию в гинекологическое отделение. В сопроводительном листе пишу диагнозы: «Эндометрит? Новообразование матки? Беременность?». Зачем написала про беременность, не знаю. Женщина категорически отрицала такую возможность. Но женщины так коварны... Написала. Как под руку толкнули. Бывает у меня такое – наобум ставить диагноз.

  Так как гинекология у нас находится далеко от остальных отделений больницы, мы ждём осмотра врача и его решения. Если он считает, что пациентка «не гинекологическая», мы отвозим её в общий приёмник уже с другим диагнозом. А в этом случае мне было ещё и интересно, что у этой женщины за образование в животе я нащупала. Выходит из смотровой врач в полном недоумении и говорит:

– Не понимаю, как взрослая женщина может не понять, что беременна? 16 недель беременности – это не шесть и даже не 12. Вот-вот плод шевелиться начнёт.

  Женщину оставили в отделении на сохранении. Вот такой «нежданчик» в 36 лет женщина получила.

  Однажды дают мне вызов в общежитие к молодой женщине 23 лет. Вызывает скорую помощь соседка по комнате. Повод – маточное кровотечение. Диспетчер говорит, что на заднем фоне было слышно, как рыдает пациентка. Выезжаем.

  Место вызова – общежитие коридорного типа. Такое, как в песне у Высоцкого: «на 38 комнаток всего одна уборная». Изначально два этажа общежития были заселены семейными рабочими, одна комната на семью. А два других – для одиноких. В одной комнате, в зависимости от площади помещения, проживало от 2 до 4 человек. Нам надо было на «холостой» этаж. Ещё с лестничной площадки слышен был вой пациентки – иначе эти звуки не назовёшь. Мы ускорились. Поднимаемся на этаж. Мать моя! Пол коридора уляпан кровью. Капли и маленькие лужицы, местами размазаны. На стенах кровавые отпечатки рук. Видно, что человек шёл, придерживаясь за стены. Сразу мысль, что беда большая в общагу пришла. Мы бегом в комнату. А в комнате картина неописуемая: посередине помещения стоит таз эмалированный, в нем, в луже крови, сидит девушка в халате и воет. Глаза у девушки крепко зажмурены. Чувствую, что от неё несёт алкоголем. Рядом с пациенткой стоят и успокаивают её две трезвые девушки. Увидев меня, одна из них рассказала, что её соседка где-то пьянствовала всю ночь и продолжила утром уже в комнате. Пошла она в туалет. Чтобы помочиться, залезла на унитаз с ногами и упала с него, попутно ударившись об унитаз. Это то, что удалось узнать от пациентки девушкам.

– Мы услышали, что она ревёт в коридоре, и пошли узнать, в чём дело. Сначала подумали, что её изнасиловали. Побежали в туалет. Он весь в крови, но никого там не нашли. Пока вы ехали, вытрясли из неё, что это она так упала.

  Чтобы осмотреть девушку и опросить её, мне понадобилось на неё прикрикнуть. Ни на какие обращения спокойным тоном, ни на попытки вытащить её из таза девушка не реагировала – выла и стенала. Не люблю пьяных женщин. С пьяным мужиком намного проще договориться, чем с женщиной в той же степени опьянения. Стоило мне повысить голос, как девушка замолчала и наконец-то открыла глаза. На расспросы ответила, что ударилась она об унитаз сама, никто её не истязал и падать не помогал. С трудом уговорили мы её вылезть из таза, уложили на кровать, оттёрли кровь с задницы и передницы. Я её смогла осмотреть. Ушибленная рана в области малых половых губ, размер примерный – 5 см на 0,5, обильно кровоточит. Надо шить. Надели соседки на неё трусы с толстой прокладкой. Мы пациентку обезболили и увезли в гинекологию.

  И вот теперь вспоминаю этот коридор и мысли, которые посетили меня в тот момент. Ощущение, что резня была, как в фильмах ужасов, и зарезали человек пять, не меньше. А это одна пьяная девушка весь коридор от туалета и до комнаты измазала. Что творилось в туалете, страшно предположить. Соседка по комнате обещала всё убрать, пока соседи с работы не пришли.

  Что это я всё о грустном да о печальном? Бывают и в нашей работе курьёзы. Сейчас один забавный случай расскажу. Было это много лет назад. Работали тогда мы по одному медику на бригаду. Двери в подъезд либо вовсе не закрывались, либо закрывались на замок, обычный или кодовый. Когда ночью диспетчер принимал вызов, обязательно говорил вызывающему встречать скорую на улице, чтобы доступ в подъезд был. Кроме того, в то время не то, что над подъездом номеров квартир (от какой и до какой) не было, а бывало, что и на самом доме ни номера его, ни названия улицы не было обозначено. И телефонов мобильных у населения тогда ещё не было. Про интернет на мобильнике я и вовсе молчу.

  Вызов поступил ночью. Я уж и не помню, какой повод был, но помню, что к женщине. Подъезжаем к дому. Во дворе темень непроглядная. Смотрим: в одном месте свет из подъезда, а возле открытых дверей мужик стоит и курит. Думаю: «Какой молодец! Не поленился ночью выйти и скорую подождать». Подъехали. Я выхожу из машины, беру ящик и иду к подъезду. Мужчина посмотрел на меня, повернулся и пошёл. Я за ним.

  «Мог бы и помочь», – пролетела мысль. Он на третий этаж поднялся. Я за ним. Он дверь в квартиру открывает и заходит. Я за ним. Мужчина меня в квартиру пропустил. Прохожу в комнату. Оглядываюсь – нет никого.

  Говорю:

– А где больная?

  Мужчина отвечает:

– А я скорую не вызывал.

– А почему Вы меня в квартиру пустили?

– Ну Вы так уверенно шли, что я не смог Вам отказать.

  Сверила адрес. Оказалось, нужная квартира в соседнем подъезде. Как вспомню, так до сих пор улыбаюсь.

  P.S. Подобная история случилась и с моей коллегой. Только мужчина (уже другой) пояснил, что у него жена заболела. И они уже думали, вызывать ли скорую или утром в поликлинику звонить, как скорая сама приехала. «Вот и подумал, может, и жену мою заодно посмотрите?». Пришлось ей оформлять этот вызов как «попутный», а потом идти в соседнюю квартиру к первой пациентке. Но это нисколько не смешно уже было.

  Дело было несколько лет назад. Поступает вызов: женщина, 56 лет, кровотечение из заднего прохода. Очередь ехать у Арины. Уехала. Вечером, когда пересеклись на базе, Арина рассказала об этом вызове. Мне бы и в голову не пришло спрашивать, что там. Обычно кровотечение из заднего прохода бывает при геморрое. А в геморрое нет ничего интересного. Но это был не геморрой. Да и кровотечение было не оттуда. Далее будет написано от имени Арины.

  «Приехала на адрес. Обычная квартира и ничем не примечательная женщина. На вопрос о жалобах ответила, что её беспокоит кровотечение из заднего прохода. Я обычно людям на слово верю, а тут будто чёрт за язык потянул, говорю:

- Ложитесь и показывайте.

 Смотрю: кровь-то не из заднего прохода, а из влагалища. И течёт тоненькой струйкой. Ну вот зачем в таких вопросах врать? Спрашиваю о том, каким образом получена травма. Отвечает, что мылась в ванной и упала на детский стульчик, который там стоял. Думаю: «Бывает. Наверное, поскользнулась, упала на стул. Он сломался и обломком поранилась». Заглянула в ванную – стоит на полу, вполне целый. Как так? Спрашиваю: «Точно сама поранилась? Никто не помог?». Отрицает. Говорит, что точно-точно сама. Конечно, были у меня и другие предположения по поводу способа получения травмы. Главное, что она не криминальная оказалась. Увезла я её в гинекологию. После осмотра на кресле врач сказал, что рана влагалища рваная, длиной около 5 сантиметров – надо шить».

  Вот такую историю рассказала Арина. А если бы она поверила женщине и не стала проверять? Отвезла бы в другую больницу к хирургу. От хирурга получила бы выговор, от старшего врача замечание за неправильно поставленный диагноз. А оказание помощи было бы отсрочено. И неизвестно, сколько ещё крови женщина потеряла, пока по больницам каталась. Уважаемые пациенты, надо понимать, что доктор задаёт вопросы не из праздного любопытства, а только для правильности постановки диагноза. А правильный диагноз нужен для определения дальнейшей тактики по отношению к пациенту.

 Я работала в эту смену, поэтому и в курсе некоторых подробностей. Было какое-то затишье, и все бригады собрались в отделении скорой помощи. И тут поступает вызов. Отправили на него бригаду, которая стояла первая в очереди. Повод – мужчина, 32 года, травма полового члена. И никаких больше подробностей. Я сразу вспомнила историю с разрывом уретры, другие мои коллеги тоже стали вспоминать разные. А тем временем бригада уехала. Вернулись фельдшеры минут через сорок. Все сразу к ним:

– Что там?

  Любопытно же. Рассказывают, что там рваная рана крайней плоти. Не разрыв уздечки, как иногда бывает. А именно – рваная рана, да, говорят, такая, что шить надо. Размеры, не помню, какие назывались, придумывать не буду. Увезли они мужчину в приёмное отделение. Мы спрашиваем, как порвал? А бригада плечами пожимает:

– Непонятно, что произошло. Мы его тоже спрашивали, а он говорит, что за диван зацепился. Как так? Мы весь диван осмотрели – обычный диван, полностью тканью обтянут. Деревянных подлокотников нет. Гвоздей тоже не увидели. А мужчина на своём стоит: мол, об этот диван и зацепился. И дома больше никого не было, чтобы спросить. А подробности мы у пациента не смогли выпытать.

  Так и осталось это загадкой. Иногда, когда вспоминаю этот случай, начинаю думать, а чем занимался пострадавший, когда травму получил? Размахивал членом? Тыкался в диван? Ползал по нему? Непоняяятно.

  Помню как-то раз я была на смене. Вечером – звонок из полиции: дежурный по городу такой-то говорил нашему диспетчеру, что был обнаружен труп за городом возле поворота на посёлок Мурзинка. Труп окоченел, но полиция хочет, чтобы приехала скорая помощь и освидетельствовала труп. Диспетчер спрашивает:

– А зачем вам Скорая? Всё равно приедет группа из следственного комитета. Труп неизвестный и на улице.

  Дежурный подтверждает, что так оно и будет, но всё равно нужна справка от скорой, что это труп. Какой-то унесколько лет назад придумал, что любой труп должен освидетельствовать медработник со скорой, или из поликлиники. Даже разложившийся. Раньше-то выезжали на только что умерших. А вдруг он не умер? И бывали случаи, когда приезжали на живого человека, спасали его, лечили, увозили потом в больницу. Никто не спорит. Но на стопроцентные трупы скорую не вызывали. А теперь мои коллеги всего повидали: разложившихся, мумифицированных, окоченевших, как тот, к которому вчера полиция вызывала.

  Что делать? Посылает диспетчер бригаду на этот вызов. Путь не близкий. Через 20 минут бригада отзванивается. Фельдшер говорит, что подъехали к этому повороту, но ни трупа, ни полиции не видит. Нет никого. Диспетчер звонит дежурному в полицию. Дежурный говорит, что ничего не знает:

– Экипаж должен быть на месте. Вот Вам номер телефона – позвоните и уточните, где они находятся.

  Диспетчер звонит по названному телефону и узнаёт, что экипаж уехал обратно в город, а труп там в лесу лежит, и надо, чтобы бригада скорой нашла его. А потом оставалась с ним, пока не приедет группа из следственного комитета из Екатеринбурга. Сказать, что диспетчер удивилась, – ничего не сказать. Диспетчер потеряла дар речи и положила трубку. Но тут же опомнилась и перезвонила дежурному, пересказала, что ей только что стало известно. А дежурный ответил, что всё правильно.

– Пусть бригада ждёт, пока приедет следственная группа.

Не буду пересказывать, как наш диспетчер ругалась с дежурным. Но ворчала она потом долго. Бригаду отозвали с вызова. Приехал фельдшер, тоже возмущался по этому поводу:

– Совсем обнаглели (понятно, что слово было другое)! С какого перепуга я должен искать труп в лесу?! А потом ещё и охранять его?

 Через несколько лет после случая, описанного в рассказе «Чтобы точно приехали», я вновь услышала слова: «Жену с днём рождения поздравлял».

  Однако, как редко секс в некоторых семьях бывает. Понятно, когда это происходит с пожилыми людьми. Да-да, бывает, пожилые люди тоже сексом занимаются. Как-нибудь расскажу несколько историй. Но мужчины среднего возраста могли бы и почаще своих жён «поздравлять». Хотя бы раз в неделю, а не только по большим праздникам.

  В ту смену я была помощником врача. Дают вызов: мужчина, 45 лет, кровотечение из полового члена. Поехали. По дороге на вызов размышляли, что это за кровотечение. Может, просто уздечку порвал, а может... Вот, бывает, вызовут на кровотечение из раны, приезжаешь, а кровотечения нет и ранка не больше сантиметра длиной. А бывает, поехал на «кровотечение из лунки зуба», а приехал на ножевое ранение в живот. Был у нас такой случай. В общем, работа у нас далеко не предсказуема.

  На адресе нас встретили муж с женой. Серьёзные, трезвые, очень вежливые. Видно было, что очень стесняются, но что делать. Мужчина сказал, что у жены сегодня день рождения и он её с утра решил поздравить – заняться с ней сексом.

– И вот теперь из полового члена кровь идёт и не останавливается.

  Попросили показать. Снял пациент штаны: на половой член надет презерватив, заполненный кровью, миллилитров 50 было в нём, может, больше. Сняли презерватив – кровь каплями вытекала из уретры. Я наложила повязку. Врач сказал, что это разрыв уретры и надо ехать в больницу. На вопрос: «Надолго?» – ответил, что недели на две. В уретру установят катетер, и, пока не заживёт, мочиться пациент будет через него.

  Жена стала переживать:

– А сегодня вечером гости приедут. Что я им скажу?

  Я предложила:

– Скажите им правду!

– Ой! Я не могу! – воскликнула жена пациента.

  Я сжалилась и подсказала:

– Ну, скажите, что у него почечная колика началась и Скорая помощь увезла его в больницу.

  Мужчину госпитализировали.

 Произошло это лет 15 назад, а может, и больше. Не помню. Зато прекрасно запомнила число – 30 декабря. В этот день я впервые приняла роды – страха натерпелась! Тем страшнее было, что одна была. Но об этом в другой раз расскажу. Двух часов не прошло после того вызова, как дают мне по рации следующий: ребёнок 9 лет, понос и рвота. Захожу в подъезд. А на первом этаже вижу спускающихся с верхнего этажа женщину с мужчиной. От парочки сильно несло алкоголем. Женщина спрашивает:

– Вы к ребёнку? Вот это он – тот ребёнок, – показывает рукой в сторону мужчины и хихикает.

  На мой вопрос:

– Почему к ребёнку вызывали?

  Довольно лыбясь, женщина пояснила:

– Чтобы точно приехали. Это я придумала.

  И такое меня зло взяло. Капец! Но пьяным что-либо объяснять – толка нет. Не поймут и не запомнят. Интересуюсь, с какой целью вызвали скорую. Тут вещать начинает мужчина:

– Понимаете, у моей жены сегодня день рождения. И я её решил поздравить. Поздравлял, поздравлял… А у меня вдруг как там щёлкнет что-то и заболит, а теперь вот опухло. И мне к хирургу надо. Вот.

  Ничего не поняла. Начала расспрос снова. Супруги наперебой стали объяснять, что муж в качестве поздравления занялся сексом со своей женой. Во время полового акта услышал щелчок в области головки полового члена и почувствовал боль. Было это около девяти часов утра. А сейчас к вечеру половой член очень сильно опух. Ну они и решили вызвать скорую. Такие молодцы! Выслушав всё это, я говорю, что не могу их везти в больницу, пока своими глазами не увижу, что там с членом произошло.

– Мне надо правильный диагноз поставить. Но не здесь же смотреть! Надо в квартиру идти. На каком этаже живёте? На четвёртом? Прекрасно. Пойдёмте. Мужчина, поможете мне ящик понести?

  Пациент согласился. Дала ему ящик, и мы пошли. В квартире, на мои слова: «Показывайте, что там у Вас?» – пациент радостно воскликнул: «Да пожалуйста!».

  Расстегнул ширинку и достал свой член. Твою же мать! Такого не видала сроду. Член был похож на мухомор: на бледном стволе члена красная отёкшая головка. Она реально выглядела как шляпка гриба. А на его поверхности было несколько белых пятен.

– Одевайтесь. Поехали.

  Это был первый в моей практике случай, когда я не знала, какой диагноз поставить. Так и сказала хирургу в приёмном покое:

– Не знаю. В ваших мужских болезнях не понимаю ничего. Посмотрите, пожалуйста, сами. И скажите мне, что это?  Пожалуйста!

  Хирург после осмотра объяснил, что произошло ущемление крайней плоти, на фоне этого развился парафимоз.

– Я уже вправил. Сейчас домой пойдёт.

  В коридоре приёмного отделения столкнулась с пациентом и его женой. Не удержалась и съязвила:

– А вот с Новым Годом жену-то Вы и не поздравите. Придётся ей без подарочка остаться.

  Но, по-моему, они не поняли, о чём я. Сейчас я им вовсе ничего говорить не стала.

  Эту историю рассказал тот же человек, что рассказывал про канистру. Было это той же зимой в новогодние праздники.

  На Уралмаше в Екатеринбурге есть общежитие. Местные жители его называли тогда «Три сестры». К девушке в гости пришёл молодой человек. Сначала они в компании других девушек и их гостей пировали в одной из комнат общежития. А затем уединились в комнате девушки, что располагалась на третьем этаже. В порыве страсти они забыли ключи в замке двери снаружи комнаты. А какой-то шутник закрыл дверь на замок и ушёл. Молодые люди после занятия сексом решили выйти из комнаты, но не тут-то было. Двери закрыты. Стали они в двери стучать да громко кричать. Но никто к дверям не подходил. Большая часть жильцов разъехалась по родительским домам либо по друзьям. А те, кто оставались, пировали в других комнатах и из-за шума не слышали. Сейчас бы девушка позвонила по мобильнику подружкам. Но тогда телефоны были стационарными, да и только у вахтёра.

  Посидели немного. И тут молодому человеку захотелось помочиться. И он не нашёл ничего лучше, чем помочиться на улицу в окно. Открыл его и пописал с третьего этажа на снег. Девушка сказала, что тоже хочет так же, как и он. Так как в силу физиологических особенностей девушка не могла это делать стоя, она села на подоконник, вывесив зад наружу. Чтобы девушка не упала, парень стал держать её за руки. В момент освобождения мочевого пузыря девушка пукнула. Парень расхохотался и выпустил её руки. Девушка упала с третьего этажа в сугроб.

  Прохожие, которые были свидетелями происшествия, вызвали скорую помощь из каморки вахтёра. Когда приехала бригада Скорой, девушка, укрытая одеялом, лежала на снегу. С переломом костей таза и сотрясением головного мозга она была доставлена в больницу.

  Эта история произошла в конце девяностых: в 1997 или в 1998 году. Точнее не вспомню. И рассказал её мой одногруппник. Во время учёбы в медицинском колледже он подрабатывал санитаром на Уралмашевской подстанции скорой медицинской помощи (г. Екатеринбург). Когда мы вернулись с новогодних каникул, одногруппник с воодушевлением рассказывал о своём дежурстве 31 декабря. Рассказал он и эту историю с канистрой.

 Внимание! Просьба – не надо повторять за героем этого повествования. Ни за что! Повторение этих действий может быть опасным для вашего здоровья. Я вас предупредила.

  31 декабря – короткий рабочий день. Настроение у людей нерабочее. Во многих организациях в обеденный перерыв устраивают небольшое застолье: все друг друга поздравляют, выпивают немного шампанского и расходятся по домам. Так было и с героем повествования. Я его так и буду называть – «герой», так как имени его я не знаю. После совместного с коллегами застолья герой и два его друга не побежали домой, а решили продолжить банкет в гараже предприятия, на котором работали. Сообразили на троих. Во время распития водочки зашёл у них разговор на тему, что если засунуть половой член в канистру, то ни за что его не вытащить. «С чего бы это?!» – воскликнул герой, и его взгляд упал на пустую полиэтиленовую канистру, стоявшую под верстаком. Разгорячённый алкоголем, герой решил тут же доказать друзьям, что «всё это туфта». Открутил крышку, достал свой член и засунул его в горлышко канистры. Вынул. Весело воскликнул:

– Входит и выходит. Замечательно выходит!

  Вставил в канистру вновь свой член и сделал пару махов бёдрами, имитируя половой акт. Во время этих движений случайно сжал с боков канистру. Ну а дальше нетрудно представить: когда разжал руки – член засосало в канистру. Половой орган стал стремительно отекать. Попытки стащить горлышко с канистры доставляли только боль. Друзья вызвали скорую помощь. В составе бригады и приехал мой одногруппник. Врач со скорой при помощи отвёртки и молотка пробил дыру в канистре, чтобы давление в канистре сравнять с внешним давлением. И повезли пострадавшего в приёмное отделение 23-й городской больницы снимать сей предмет с полового члена. На руки, державшие канистру, накинули ватник, чтобы скрыть с глаз посторонних это безобразие.

  Был доставлен в больницу с диагнозом: ущемление полового члена в инородном теле.

P.S. А тег "клубничка" надо в этом случае ставить?