Я служил в 90-е, автобатальон особого назначения. Машины заряжены вывозить офицеров генштаба из Москвы. У каждого водителя запечатанный конверт с адресом квартиры генерала, откуда нужно забирать его с семьёй и вещичками в случае заварушки.

Из трёх взводов на ходу был один. Два взвода были на хранении. Там стояли красивые ЗиЛы 131, которые никогда никуда не выезжали. У них были нагуталиненные шины. Краска на кузове словно с завода. И через один они были полуразобраны. Запчастей не было, поэтому, чтобы ездил первый взвод, понемногу разбирали второй. В баках должен быть бензин, чтобы по тревоге сел и поехал, но там была водичка, ибо поколения прапоров, дембелей и ротных думали, что если с 40 машин взять по литру - получится две канистры, а в баке на 240 литров это никто не заметит. И так - пока баки не опустели.

О внезапных тревогах ротный предупреждал нас заранее. Строил вечером на "взлётке" в казарме и говорил: "Войска, завтра в 5:10 случится внезапная тревога! Положите свои вещмешки под кровати, чтобы завтра с утра не шариться по расположению в их поисках!"

Дневальный будил нас за 10 минут до внезапной тревоги. Мы не спеша одевались и в момент звонка с КПП уже стояли в очереди к оружейной комнате, чтобы взять свой калаш. Вооружившись мы бежали в автопарк, где брали ЗиЛы за колёса и выталкивали на линию боевой готовности. После чего каждый боец становился рядом со своим автомобилем, некоторые из которых были даже без двигателей. Мимо этих макетов с важным видом шли проверяющие из Центрального Управления. Осмотрев всё они писали рапорт, что батальон среагировал на сигнал тревоги за 5 минут, все машины выведены на линию боевой готовности, солдаты готовы к несению службы. И шли в баню с руководством батальона, где уже был накрыт стол и закуплены ящики водки и пива.

Я всегда думал - что же будет, если дадут команду ехать на войну? И вот, под полтинник лет увидел, что будет.

А в то, что ТС основного поста, врач с высшим образованием не получил звания лейтенанта запаса, я не верю. У меня бабушка была врачом СЭС и то имела военник.

«Проспала!» — эта мысль взбодрила Аню не хуже кофе, которым ей теперь придется пожертвовать ради того, чтобы попасть на работу вовремя.

Носясь по квартире как угорелая и хватая всё подряд, она натянула разные носки, чуть не почистила зубы кремом для рук и в последний момент поняла, что насыпала коту геркулесовых хлопьев. «Точно, сварить же нужно», - подумала Аня, а потом еще раз подумала и всё-таки положила в миску кошачьего корма.

Раздался звонок.

— Морозова, подарок шефу купила? — прогундосила в трубку Жаркова — коллега по работе.

«Точно, подарок!» — Аня схватила пакет с умной колонкой и поставила в прихожей.

— Купила, скоро буду.

— Не опаздывай, как обычно. Поздравлять перед работой будем.

— Не опоздаю. Аня уже было сбросила вызов, но до её слуха донеслось что-то неприятное, обидное, какие-то гадости в её адрес. «Наверное, послышалось», — думала она про себя, быстро работая ложкой в пластиковой баночке с йогуртом.

Прикончив низкокалорийный завтрак, она открыла дверцу под раковиной и увидела настоящую Фудзияму — только из скопившегося мусора. Если бросить туда что-то еще, то «вулкан» точно сдетонирует и завалит всё вокруг своими малопривлекательными внутренностями. Утрамбовав кое-как содержимое пакета и завязав его узлом, а для надежности запихнув в ещё один, Морозова поспешила в прихожую.

Этаж был пятый, а лифт застрял где-то на шестнадцатом. Аня побежала по лестнице, по дороге заглядывая в окна, демонстрирующие зрителям затихающий снегопад.

«Только бы не завалило, только бы не завалило», — повторяла она про себя, представляя, сколько времени у нее уйдет на расчистку машины.

Выскочив во двор, она чуть было не сшибла с ног дворника, отрывающего объявления от стены дома.

— Осторожней, Анна Алексеевна, незачем так бежать. А то я крепкий, могу случайно дверь пополам сломать, — отшутился, как обычно, мужчина.

— Извините, спешу, — задыхаясь, пропыхтела Морозова и на секунду остановилась, чтобы перевести дух.

— Уже подарки приготовили? — посмотрел дворник на два ярких пакета в руках девушки.

— Ага, один для шефа, второй — для мусорной компании.

— Хорошее дело, — улыбнулся мужчина. — Я вам тоже подарок приготовил.

— Спасибо, потом. Опаздываю, — кивнула девушка и помчалась к мусорным бакам.

— Не переживайте, успеете. Вам мой подарок поможет!

Закинув пакет в контейнер, Морозова обогнула дом и направилась к своей машине, все еще надеясь, что ту не завалило снегом, но, видя размеры собранных дворником сугробов, понимала, то шансы равны нулю.

Каково же было ее удивление, когда она увидела полностью очищенную от снега парковку, лишь слегка припорошенную свежим снежком.

«Так вот что за подарок», — поняла Морозова. Дворник не только прошелся лопатой по земле, но и смахнул снег со всех машин, припаркованных возле дома.

«Надо будет его потом поблагодарить, торт, что ли, купить или шампанское к Новому году. Как его там? Костя, кажется», — думала про себя Аня, выруливая со двора, наплевав на предварительный прогрев двигателя.

Дворник этот появился всего полгода назад. Он, кажется, переехал в их дом из какой-то деревни и сразу пошел со всеми знакомиться и всем представляться, а еще мёд предлагал с собственной пасеки. Странный какой-то, неестественно отзывчивый.

На работу Аня успела. Коллектив уже собрался для поздравления шефа, день рождения у которого был за неделю до Нового года.

— Чего так долго? Где подарок? — зашикали на Морозову коллеги. — Там уже торт доели, сейчас бухгалтер речь закончит — и всё.

— Вот, — запыхавшаяся Аня показала пакет, — сейчас вручу.

— Я сама вручу, — схватилась за пакет Жаркова.

— Но ведь я купила подарок! Никто из вас еще даже не скинулся, — не отпускала Аня пакет.

— А чё нам скидываться? Ты одна-единственная премию в прошлом месяце получила. Коллективизм — слыхала про такое? — Жаркова дернула со всей силы пакет и оторвала ручку, за которую держалась Аня.

В их сторону начали оборачиваться остальные.

— Но я ведь заслужила её.

— Чирей на заднице ты заслужила. А если нажалуешься, то мы тебе всем офисом бойкот объявим, трудоголичка хренова, — обожгла Аню словами и грозным взглядом Жаркова, и несколько человек одобрительно хмыкнули.

Поправив прическу, женщина начала пробиваться сквозь толпу к директору.

— Артём Евгеньевич, а вот и подарок от маркетологов, — торжественно объявила Жаркова, выходя в центр.

— Но ведь это неправда, я от всего офиса покупала, — попыталась было выступить за справедливость Морозова, работающая в этой фирме с чертежами, но её быстро зашикала стая змей в строгих костюмах.

Послышался шелест разворачиваемого пакета, а потом — удивленные слова начальника:

— Это что, шутка? Я понимаю, что вы маркетологи и мыслить нестандартно — ваша задача, но вот это вот, по-моему, перебор.

Тревожный шепот и смешки пробежались по толпе. Аня пыталась высунуть голову из-за спин и разглядеть, что происходит, но нос рассказал ей раньше, чем глаза. До нее дошел запах из развернутого пакета, а потом уже и звуки писклявого голоса Жарковой.

— Я-я-я не знаю, как так вышло, это не мы, это… Это всё Морозова!

— Ну конечно. Вечно у вас кто-то виноват. Зайдите ко мне после обеда. Всё, разошлись по рабочим местам, — хлопнул в ладоши шеф, и толпа мгновенно рассосалась по офису.

Аня наконец смогла разглядеть заплаканное лицо Жарковой. Женщина держала в руках мусорный пакет, из которого свисали прохудившиеся Анины колготки.

«Блин, вот я клуша. Походу, выкинула колонку, а мусор притащила», — отругала сама себя Морозова, но быстро успокоилась, оценив, как всё обернулось.

Аня не стала жаловаться, как этого и хотела Жаркова. Да и бойкот ей никто не объявил. Обидно было только, что хорошая вещь оказалась на помойке.

Вечером Морозова приехала домой и припарковалась на расчищенное место.

— Анна Алексеевна, беда! — подскочил к ней дворник.

«Блин, забыла купить ему торт!» — снова отругала себя за невнимательность девушка.

— Что случилось?

— Вы с утра не тот пакет выкинули. Я, когда объявления пошел выбрасывать, увидел ваш пакет, и он мне показался каким-то подозрительным. Чутье, знаете ли. Ну я и проверил. В общем, вы подарок свой выкинули, он у меня дома, пойдемте, я вам отдам. — Дворник выглядел таким радостным, словно не чужую потерю обнаружил, а свою собственную.

— Ой, спасибо. Спасибо вам большое! Знаете, я только на работе это поняла. Константин же вас?

— Ага, Костя. Ничего, бывает. Я тоже как-то задумался и из больницы до самого дома в бахилах шел, — залился в ответ смехом мужчина. — Ну что, пойдемте?

Аня почувствовала себя так хорошо в этот момент, словно кто-то отмыл всю черноту, налипшую на сердце. После всех гадостей, случившихся с ней сегодня, она впервые улыбнулась. Окинув взглядом расчищенную парковку, она повернулась к Косте и с какой-то хитрецой в голосе сказала:

— А я вас обманула.

— Как это? — удивился дворник.

— Это не директору подарок, а вам. Я просто знала про ваше чутье и решила вот так вам сюрприз преподнести.

— Да ну, чего вы выдумываете, — махнул рукой мужчина.

— Не выдумываю, правда. На грядущий Новый год.

— Так ведь еще неделя…

— А я заранее, чтобы не забыть. Вы же мне подарки постоянно с утра оставляете, вот и я решила.

— Ну… Ну как-то… Ну спасибо большое! — смущенно заулыбался мужчина.

— Не за что. До завтра?

— До завтра, Анна Алексеевна. И ещё…

— Что?

— Вы, кажется, с работы телефон утащили, — показал дворник на трубку от радиотелефона, торчащую из кармана девушки.

Александр Райн

Женщина 31 год

— Я всю жизнь не заморачивалась бытовухой и в особенности – готовкой, начала клиентка, высокая симпатичная девушка в ярко-салатовом платье. – Ну то есть мой максимум – пожарить яичницу утром и запить ее приготовленным машиной кофе.

— И вас это устраивает, как я понимаю?

— До не давних пор – более чем, - в какой-то момент мне показалось что у нее имеется едва заметный нервный тик на щеке. – В квартире есть все что нужно для жизни, вроде стиралки или пылесоса, до которого я добираюсь раз в полгода. Кушаю я на работе – там у нас комплексные обеды, плюс я еще и ужин заказываю, милое дело.

— Можно сказать, что вы – образчик современной женщины, не так ли?

— Вроде того, - хмыкнула она. – Но тут недавно случилось довольно интересное событие. У моей новой начальницы случился конфликт с супругом, в результате которого она буквально оказалась на улице. Как я об этом узнала? Очень просто – мне потребовалось в субботу заглянуть в офис: хотела забрать пару бумажек, чтобы в понедельник с утра заскочить к клиенту и отдать их ему. А там она - вся в соплях и слюнях.

— Печальное, должно быть зрелище.

— Не то слово, - кивнула она и, сделав глоток воды, продолжила. – А у меня ведь не черствое сердце – успокоила ее как смогла, а потом забрала к себе, а то еще руки на себя наложит или что-нибудь еще в этом духе. Чего только не придет в голову человеку с разбитым сердцем в пустом офисе.

— Правильное решение.

— Ну так вот – заказала еды, налила ей коньяку, отпоила немного и начала слушать. А слушать там было чего: и какая у них была любовь, и как у него начался творческий кризис, а она чтобы его поддержать, начала больше работать, как у них появились недомолвки, которые потом переросли в скандалы и наконец, как Наташа узнала о его измене, причем практически сразу после того, как получила новую должность.

— То есть он жил на ее деньги, изменял с другой женщиной, а потом еще и выбросил из квартиры?

— Именно так, - печально ответила Ольга. - В итоге, я на эмоциях тоже сорвалась и начала жаловаться на жизнь: что росла в семье с одними алкоголиками, как меня пригрел брат деда, который, по сути, и дал мне путевку в жизнь, как от меня отворачивались дети в школе, как издевались мальчишки, после того как я по дурости своей переспала с одним их них и он потом растрепал на каждом углу о своей «победе». Короче мы весь вечер плакались друг другу в жилетку и сетовали на то, как с нами несправедливо обошлась жизнь.

— Между прочим – прекрасный, выверенный столетиями метод психотерапии.

— Вот и мне понравилось - всяко лучше, чем делать это в одиночку или копить годами, - неожиданно рассмеялась она. - По итогу я не решилась выгонять ее на улицу, хотя она рвалась снять номер в ближайшем отеле. Вместо этого постелила ей на диване и на следующее утро повела немного прогуляться в парке, а затем помогла забрать ее вещи, которые этот подонок просто выставил в подъезд, а там, между прочим, было много дорогой одежды и обуви. Примечательно, что ювелирку он оставил себе, так как это – его компенсация за потраченные на нее годы. Мразь в общем…

— Пожалуй соглашусь.

— Я избавила ее от общения с ним, а затем еще неделю возила на работу, пока она искала работу. Первое время было очень непривычно жить с кем-то и, хотя у меня имелся перед этим опыт отношений, в этот раз все очень отличалось. Никакой обязаловки, вроде готовки, глажки и прочего – Наташа прекрасно справлялась сама со всеми необходимыми для нее делами и даже привнесла в дом своеобразный уют и то, чего в нем вообще никогда не было – радость. Мы забирались под одеяло, включали сериальчики и наслаждались какой-нибудь не особо здоровой пищей, смеялись и получали удовольствие от жизни.

— Звучит так, словно она оказалась вашей первой в жизни близкой подругой.

— Пожалуй вы правы, - широко улыбнувшись, ответила Ольга. – Но только мы с ней договорились, что в офисе об этом никто не узнает. Так что это дома мы могли дурачиться и придумывать всякое, но стоило только попасть на работу, как я становилась прилежной работницей, а она – весьма требовательной начальницей.

— Но эта дружба все равно изменила вас обеих, не так ли?

— Вы себе даже не представляете насколько! Однажды я проснулась и решила чем-нибудь порадовать ее – пошла на кухню и целый час пыталась приготовить оладьи. И знаете что? У меня неплохо получилось! Затем она потащила нас по магазинам и купила мне новое платье такого вида, который я бы ни в жизнь не надела, если бы она не убедила, что так меня будут по-другому воспринимать на работе. Она вообще многому меня научила, что могло поспособствовать росту карьеры. Прошел месяц, а появилось ощущение будто мы знакомы всю жизнь. Постепенно я и забыла о том, что она собиралась искать себе квартиру, настолько нам обеим понравился этот формат отношений.

— Но рано или поздно все кончается, поэтому вы и пришли ко мне.

— Недавно она сообщила что ей предложили возглавить филиал компании в Нижнем Новгороде и для меня это было словно снег на голову. Я спросила, что она собирается делать, а она ответила, что не знает пока, но скоро нужно решать и, в случае положительного решения, приготовиться искать себе новое жилье. Первым делом я хотела отговорить ее и попросить остаться, но потом вспомнила насколько ей важна карьера и промолчала. Мне показалось что ей хотелось, чтобы я это сказала, но мне не хватило духа. Вы не поймите, у меня к ней нет никакого влечения или чего-то подобного – у меня вполне себе есть планы на замужество, но здесь и сейчас мне комфортно и удобно жить с Наташей, и я не хотела бы ее отпускать. Но предложив это, боюсь все испортить, как это было с ее мужем.

— Во-первых, само по себе наличие экономического и бытового союза между двумя молодыми женщинами не является чем-то порицаемым обществом и довольно часто практиковался на протяжении последнего столетия, так что вам не чего бояться показаться ненормальной, - внимательно выслушав клиентку, начала я. – А, во-вторых, в вашем случае категорически нельзя молчать. Следует откровенно обсудить со своей подругой то, что происходит и то, как вы видите вашу совместную жизнь. Если вы хотите, чтобы она осталась – так ей об этом и скажите. Будет гораздо хуже, если вы этого не сделаете.

— Меня как раз это и мучает – однажды я точно так же отпустила человека, который был мне дорог, но который не знал об этом. Точнее догадывался, но не знал, насколько…

— Если вы не хотите начинать разговор, боясь ранить ее чувства, истрепанные после болезненного развода, можете привести ее сюда и мы все вместе обсудим сложившуюся ситуацию и найдем решение. Но гораздо полезнее будет, если вы сделаете все сами – поверьте, это поможет вам выйти на принципиально новый уровень контроля над собственной жизнью и эмоциями.

А я с этим сталкивался еще в далеком 2005-м. Жил тогда в общаговском кампусе, где была локальная сеть с IRC-чатом, в одном из главных каналов в котором присутствовали представители администрации кампуса и из самого универа. Присутствовали они там, конечно же, из благих намерений, но...

Раз в семестр в кампусе проводился турнир на "кээсочке" версии 1.6, соответственно, были и команды. И вот, после очередной тренировки, ребята одной команды, один из которых был моим соседом, все первокурсники, почему-то не стали обсуждать прошедшую тренировку в своих приватных чатиках, а начали это делать в одном из общих. Хотя маты, оскорбления и тд были запрещены, но ребятки довольно активно вели беседу, используя слова: "бомба", "терры" (они же террористы), "калаши", "гранаты" и тд.

Так уж звезды сложились, или шарики за ролики к некоторых объектов РФ куда-то зашли, но в местное отделение ФСБ поступило завление о подготовке терракта. Да, первокурсная студентота готовила терракт и проводила тренировки с помощью игр.

Меня, как соседа, вызывали на дачу показаний. Товарищ в пиджаке, который это проводил, оказался грамотным мужиком и в конце выдал: "Я понимаю, что это все бред, но не отреагировать не могу".

А вот непосредственно причастным досталось: соседа моего чуть не исключили, как и всю его команду, но все ограничилось лишь выселение с общаги, нашим админам, которые сеть обслуживали (тоже студенты), строгие выговоры за несоблюдение каких-то там правил какой-то безопасности, частично даже сеть демонтировали. Благо, народ тогда, как и сейчас, ответственный за кампус, тупой по своей природе, и что такое "демонтаж сети" они не понимали, поэтмоу в присутствии администрации просто пару проводов перерезали и один свич отключили.

Зато в главном корпусе универа на доске почета повесили благодарность от ректора за бдительность и ответственную социальную позицию двум мадамам из администрации студгородка. Мадамы эти после вывески в течении месяца обе уволились (поговаривали, что их просто затравили).

— Добрый день, Владислав. Вот ваше место, рабочий компьютер, гарнитура. Вон там у нас кофемашина — для бодрости, эклеры или финики — кому что ближе. Ортопедическое кресло, очки для монитора, чтобы глаза не болели, каждые сорок пять минут перекур, в обед — пицца, роллы.

— Ого, а здорово у вас тут! — не верил своим глазам Владислав, оценивая новое место работы.

— Стараемся, чтобы вам было комфортно. Когда вокруг тревожная или депрессивная обстановка, то и настрой соответствующий: начинаются переживания, падает производительность, — улыбался своей сахарной улыбкой руководитель отдела.

— Мне всё нравится! И ребята вокруг такие позитивные, уже пообщался, много новеньких, как и я.

— Супер! Рад, что всё нравится. Тогда…

— Вот только одно меня беспокоит…

— Да, говорите сразу. На звонок лучше выходить после того, как все лишние вопросы отпадут. Нужно иметь холодный рассудок и горячее сердце.

— Мне сказали, что голос по телефону будет изменён, это так?

— Голоса мы однозначно меняем, чтобы вы не чувствовали дискомфорта, не переживайте. Главное, действуйте по методичке, которая у вас в программе, там каждый шаг прописан. У нас тут никакого творчества не требуется. Просто будьте сами собой и следуйте инструкции. А еще не забывайте наши правила: телефоны до конца дня сдаем, звонки не прерываем, с работы раньше времени не уходим.

— Всё помню. И еще раз переспрошу: с каждой заявки десять процентов? Оплата в конце дня?

— Всё верно, — кивнул начальник.

— Отлично. Думаю, я готов.

— Удачи! Всё получится, главное — это цифры. — Руководитель похлопал Влада по плечу и направился подбадривать еще одного новичка, неуверенно переминающегося с ноги на ногу возле своего рабочего стола.

Расплывшись в невероятно удобном кресле, Влад нацепил гарнитуру и, закрыв глаза, сделал несколько глубоких вдохов. Офис жил, гудел, зарабатывал, стремился к своим целям. Со всех сторон доносились эмоциональные крики и проникновенные речи операторов; кружки с кофе громко опускались на стол; цифры на большом электронном табло под потолком постоянно менялись: 10, 17, 38 — сколько успешных заявок было закрыто за полтора часа. У каждого работника в углу монитора был точно такой же счетчик, только личный.

Влад был готов. Он нажал мышкой на ярко-зеленую кнопку «звонок», и тут же ему вылетела методичка, разработанная лично для абонента.

— Алло, — раздалось в трубке.

— Алло, мам, это я. Слушай, у меня тут проблемы серьезные: я попал в беду, — старался как можно натуральнее играть Влад, читая параллельно инструкцию с монитора.

— О господи, что случилось? Ты здоров?

— Да, мам. Не могу долго говорить. Переведи мне сто тысяч, это срочно. И, главное, не звони в полицию, хорошо?

— Что случилось? Что случилось, скажи! О господи, ты в опасности? Тебе угрожают?

— Не могу говорить! Сними деньги с кредитки и переведи по номеру карты, который я тебе пришлю. Прошу, скорее. И не звони в полицию!

— Да, хорошо, сынок! Конечно, сейчас! Ох, боже мой, дай мне пять минут, я только с рынка пришла, сейчас, — пыхтела женщина в трубке.

Через пять минут у Влада на табло загорелась цифра 1. Значит, заявка была выполнена. Он почувствовал, как по спине пробежались мурашки.

Руководитель лично поздравил Влада с первым заказом, отметив его в общем чате фирмы.

Дальше было еще проще. Влад расслабился и действовал исключительно как робот — хорошо смоделированный робот. Каждый шаг был расписан в методичке, он точно знал, что и кому нужно говорить. Всё работало чётко.

Влад представлялся другом и продавал дорогие билеты на какие-то несуществующие мероприятия; выпрашивал деньги в долг и на лечение различных тяжелых болезней. Потом он играл роль племянника, бывшего ученика, коллегу, брата, одноклассника и так далее. Заявки выполнялись одна за другой, цифры на мониторе скакали: 1, 5, 10. Пусть и не все звонки удавались, но к концу дня Влад вышел на очень неплохой заработок. По его подсчетам, он заработал за один день больше, чем на прошлой работе за полмесяца. Он чувствовал себя на коне. Даже пальцы на руках дрожали от эйфории. А главное — никто никогда не узнает, что это он звонил, — ведь голос-то изменён, а всеми проблемами, включая юридические, занимается фирма. К тому же он даже не подписал с ними договор — не подкопаешься.

В обед Влад съел большой кусок мясной пиццы и запил двумя кружками кофе. Молодые люди, с которыми он общался в столовой, тоже оказались новичками, и у всех до единого горели глаза, они были также взбудоражены этой работой. Один парень рассказал, что уже успел сколотить целое состояние за четыре звонка. Пообедав, операторы пожелали друг другу удачи и разошлись по своим местам.

После смены Владу честно отдали его дневную выручку и, пожелав доброго вечера, отпустили домой, вручив мобильный телефон.

Оказавшись на улице, Влад решил прогуляться до дома. Вечер был теплый и спокойный, а энергия так и сочилась из его тела. Требовалась пешая прогулка. Включив телефон, Влад чуть не выронил его из рук. Тот вибрировал как сумасшедший. Количество пропущенных звонков перевалило за пятьдесят, то же самое творилось с сообщениями во всех мессенджерах. Больше всего было сообщений и звонков от мамы. Во рту пересохло от волнения, когда Влад набрал её номер и тихо спросил:

— Привет, что случилось?

— Ну слава богу, ты жив! А то я уже столько всего себе напридумывала. Деньги дошли?

— Подожди, мам, — Влад никак не мог понять в чём дело, — какие еще деньги? Почему со мной что-то должно было случиться?

— Ну как же, ты сам мне сегодня позвонил и сказал, что попал в беду, что тебе нужно сто тысяч, и чтобы я не звонила в полицию. Я все сделала! Ты цел? Всё хорошо?

— Да, мама, всё хорошо. Но я не понимаю, я ведь тебе не звонил, не звонил ведь. Это же был не твой голос…

— О чём ты, Владик? — в трубке послышались рыдания. — Как это не мой голос? А чей же тогда? Это я была. Ты точно в порядке? Может, тебя по голове ударили?

«Мы меняем голоса в трубке, чтобы вы не чувствовали дискомфорта», — раздались в голове Влада слова начальника.

Влад посмотрел на остальные пропущенные вызовы и сообщения. Звонили друзья, родные, бывшие коллеги, учителя, братья, одноклассники…

В голове его беззвучно менялись цифры на невидимом мониторе: 1, 5, 10…

Александр Райн

Обратился ко мне родственник - попал в ДТП, причем вообще незаслуженно. Стоял первым на светофоре, на перекрестке, как обычно - один летел на желтый прямо, второй торопился повернуть налево - одна кегля влетела в авто родственника.

Попросил найти ему на время, пока авто в ремонте, какую-нибудь жоповозку. Пофигу какую, лишь бы каталась - детей в школу по пути на работу забросить, на обратном пути до дома - забрать детей из школы. В магазин пару раз в неделю за продуктами съездить.

Ладно, обратился к товарищу - у него стоит Мурзик 1990-х годов, пару лет назад откапиталил его. Товарищ не против дать авто покататься на время. Родственник посмотрел - физию скривил. Не, двигло 5 литров - не прокормить. Признаться, я б сам отказался от такого авто - он реально здоровый! По нынешним временам хрен где запаркуешься!

Обратился к другому знакомому - у него вообще стоит 3 япошки 80-х годов, все в идеальном состоянии. Ищет, покупает, ремонтирует... а потом стоят они у него на участке под навесом. Не ожидал, что он согласится дать кому-то покататься такое сокровище - но для меня пошел на жертву:

- Выбирай любую!

Родственник приехал, посмотрел... не, правый руль его не устраивает. Да, меня когда-то тоже смущал правый руль, но проверено - привыкаешь быстро.

Задумался я, как бы помочь родственнику... и вспомнил про соседа, чья Нива на газоне стоит - когда публиковал на Пикабу фотки с кривой парковкой одной местной дамочки, почти каждый на нее внимание обратил.

- О, - думаю. - Лишен прав он еще, как минимум, на год - на месяц вполне может дать машину!

Переговорил с соседом - он не против. Все равно стоит, ржавеет. А так хоть кататься будет.

- Что за машину? - спрашиваю.

- Дай книгу с автографом - да и хватит!

Вообще прелестно! Позвонил родственнику, родственник приехал посмотреть машину.

- А чего, - говорит, - на летней резине?

- Зимняя резина в гараже, ключи - в бардачке.

- Не, это ж колеса придется таскать, менять...

Тут я начинаю закипать, спрашиваю у соседа:

- А что - в гараже у тебя еще одна машина стоит?

- Нет, пустой гараж.

И тут у меня рука к кобуре дернулась. Чудом обоих не положил! Да вы, ребята, охуели? Одному машину даром дают покататься - он недоволен, что колеса придется менять. У второго пустой гараж, водилки забрали за пьянку, но машина с лета на газоне во дворе стоит!

Родственнику указал в сторону каршеринга, соседу сообщил, что если утром авто еще будет стоять на газоне - вечером его увезет эвакуатор. И пошел домой, нервы поправить солянкой и стопочкой.

Интересно, это только у нас, в Челябинске, в воздух охуин подмешивают, или везде так?

Комедия в трех (пока еще) актах

- 10 ноября заказываю в подарок человек Яндекс колонку. Оплачено, с помощью Яндекспэя - скидка дветыщи. Доставим сегодня, ждите. Ну ок, чо. Ждем. Через час вылетает сообщение, что все пропало - деньги вернем. Не вкусно и грустно. Что ж. Перезакажем.

- 10 ноября перезаказываю - скидка сохранена, только дата доставки теперь уже 14 ноября по клику. Но ладно. Не то чтобы горит, мы люди ответственные, заранее шевелимся.

- 13 ноября. Заказ снова отменен. Нет на складе такого. Но перезаказав уже за полную стоимость - ожидайте, пожалуйста.

Пидорасы, сэр. Пруфы прилагаются.

З. Ы. Кто умеет - можете Яндекс сюда позвать. Пусть полюбуются.

Мужчина 34 года

— «Похудей и будет тебе счастье», - говорили они. Ладно, я сел на диету: ни ел после шести, отказался от мучного и сладкого, пересел на белки и большое число овощей. Стал ли я от этого чувствовать себя легче? Да, стал. Но счастья не прибавилось.

— Вряд ли диета может принести счастье, скорее речь о том, что на это способна ее конечная цель.

— Ну вот, я похудел, а дальше то что? Я продолжал отказывать себе во вкусной еде: съел шашлычок – час в спортзале, угостили тортом – два круга вокруг парка. А времени у меня на все это - нет!

— Но ведь счастье бывает не только в еде.

— Вы говорите об увлечениях, да? Ну отлично – я взялся ходить на теннис: да, интересно, но после сотни часов стало скучно. Потом друзья потащили меня в настолки – посидел я с ними все выходные в течение пары месяцев: весело, конечно, но счастья что-то не прибавилось.

— Может тогда вам познакомиться с какой-нибудь девушкой?

— Да я бы и рад, но думаю жена не одобрит, - ответил он и засмеялся. – Кажется, у меня кризис среднего возраста, и все, за что бы я не взялся, кажется серым и не приносящим счастья. Осталось только понять как со всем этим бороться…

Женщина 33 года

— Вы верите в карму? – неожиданно спросила клиентка.

— В то, что наши поступки имеют какой-то тайный смысл и если мы будем делать зло, то оно нам вернется?

— Вроде того.

— Честно говоря - нет.

— А почему?

— Мне приходилось консультировать людей, совершивших немало дурных поступков и которые, тем не менее, живут припеваючи. И даже тот факт, что они пришли ко мне с какими-то проблемами, не умаляет того, что их существование, в целом, гораздо более качественное, чем у тех, кто пострадал от их поступков.

— Знаете, я вижу примерно то же самое. Я ведь уже говорила, что работаю адвокатом и мне часто приходится сталкиваться с тем, что необходимо защищать недостойных людей, но которые, при этом, платят мне за труд, - объяснила Елена. - Свою карьеру я разделяю на три этапа: вначале я понимала, что буду сталкиваться со всякими гнусными типами, но полагала что это неважно и лишь бы они платили, затем мне стало откровенно неприятно вести такие дела, но я надеялась, что этих людей, рано или поздно, настигнет если не закон, то хотя бы карма.

— Но теперь вы так не думаете?

— Вот именно! И мне никак не найти причины, почему я каждый день должна идти на работу и помогать этим паршивцам уходить от наказания. Должно быть для вас странно слышать такое от законника, но у меня действительно есть душа, и ей, наконец, стало невмоготу так жить.

— Я очень хорошо понимаю, что вы чувствуете. Но вот вопрос – раз уж вы достаточно компетентны чтобы отмазывать нарушителей от закона, разве вы не смогли бы стать столь же профессиональны в какой-нибудь другой смежной области. Например, вы могли бы пойти в юристы, составлять договоры и улаживать споры. Или, наоборот, пошли бы в судьи или прокуроры, раз уж вам тяготит душу факт уклонения от закона со стороны некоторых индивидов.

— В том то и дело, что сейчас, спустя годы работы, я поняла, что самый ценный мой ресурс – это время и я очень боюсь его потерять. Я уже заприметила несколько вариантов, но все никак не могу решиться сменить род деятельности. Боюсь и все. Наверное, поэтому я пришла к вам – чтобы избавиться от этого страха.

Катя полночи вертелась в постели, думая о штанах с божьей коровкой на кармашке, которые ей купила мама. Так хотелось скорее их надеть и бежать во двор сломя голову, чтобы показать всем. Но утро, как назло, все никак не приближалось. Пришлось закрыть глаза и притягивать сон.

Проснувшись, Катька первым делом поспешила в ванную, чтобы по-быстрому разобраться с нелюбимыми, но такими «важными», по мнению мамы, делами, затем прыгнула за стол и лично потребовала у папы кашу.

— Ты чего такая возбужденная? — спросил тот, накладывая половником варево в тарелку.

— Так выходной же! Свобода-а-а!

— Ох ты боже мой, выходной, в первом классе, — посмеялся папа. — Да уж, действительно свобода.

— Пап, можно я гулять побегу, как доем?

— Нужно, но только возле дома, — строго сказал папа, разбавляя чай холодной водой.

— Есть, сэр!

— Не торопись, а то подавишься.

Разобравшись с завтраком, Катька бросилась в свою комнату и, натянув новые штаны, быстрая как ветер унеслась из квартиры, снеся по пути всю обувь в прихожей.

— Тут ураган, что ли, прошелся? — спросила мама, вернувшись с ночной смены.

— Ага, с косичками. Не удивлюсь, если когда-нибудь в ее честь назовут стихийное бедствие.

На улицу Катька выскочила пулей, но, как только заметила соседских детей, играющих на площадке, сразу сбавила темп и начала грациозно вышагивать, крутясь на ходу и демонстрируя новые штаны, словно тротуар был ее личным подиумом.

— О, Катька!

«Только не это…» — подумала Катя, услышав знакомый голос.

Из ближайших кустов, словно из засады, вылетела чумазая Дашка и с ходу раскрыла рот:

— Ого, какие здоровские штаны!

— Да, — с гордостью подтвердила Катя.

— Кать, а давай на спор, что ты в лужу не прыгнешь? — загорелись хитрым огоньком глаза у Дашки.

— Не буду я спорить. Штаны же испачкаются.

— А-а-а… — Дашка опустила взгляд, а потом перевела куда-то на верхушку березы, как бы намекая, что подруга ей больше не интересна. — Так ты трусиха…

— Чего ты сразу обзываться? Я не трусиха.

— Не трусиха? Тогда давай на спор, что не прыгнешь? Или страшно?

— Мне не страшно, меня потом гулять не пустят больше…

Катя знала, что её все равно пустят, но вот штаны… Ей так не хотелось их пачкать. Она украдкой смотрела на божью коровку и больше всего на свете боялась её обидеть.

— Трусиха, трусиха! — заладила Дашка.

— Хватит! Ладно, я прыгну. И прыгну в самую большую лужу, чтоб ты замолчала!

— В самую большу-у-ую? Ну пошли, — хитро улыбнулась Дашка и повела Катьку к самой большой луже во дворе.

Катя ненавидела себя за это, но пасовать перед главной заводилой двора и по совместительству лучшей подругой не могла.

Взяв разбег, Катя прыгнула так, что долетела до середины лужи и ушла в воду по колено. Брызги были такие сильные, что окатили Дашку, которая тут же начала хохотать так, что нос засопливил. Заметив это, Катька тоже начала смеяться и снова прыгнула, окатив подругу новой порцией грязной воды.

— А спорим, что ты сама не прыгнешь? — закричала Катька.

— Я? Не прыгну?! Ну, держись…

***

— Ну мам, это всё Дашка меня подначивала! — вытирала слезы Катька, снимая штаны в ванной комнате.

— Ох уж эта мне Дашка… Оторва. Не отвяжется ведь, — причитала мама, застирывая штаны. — Не нужно никогда спорить. Смелость не так доказывается.

— А Дашка говорит, что так.

— Нашла кого слушать. Обещай, что больше не будешь поддаваться на эти провокации.

— Обещаю, мам!

***

— Катька! Катька, я на футбол записалась! — радостно приветствовала Дашка подругу.

— Ого! Здорово! А мне на дурацкий кружок кройки и шитья сказали идти… — с завистью произнесла Катька.

— Да ты че?! Ерунда какая-то. Пошли со мной!

— Не могу, мне не разрешат.

— Не разрешат, не разрешат, — начала передразнивать Дашка. — Трусиха, что ли?

— Нет! — состряпала грозную физиономию Катька. — Я ничего не боюсь! Захочу и запишусь!

— А давай на спор, что не запишешься?

— А давай! А ты тогда контрольную по русскому на четыре не напишешь, спорим?

— Пф, да легко напишу! Спорим!

***

— Опять поспорила? Я же тебе говорила, чтобы ты в этих Дашкиных играх не участвовала. Все коленки в ссадинах, — причитала тем же вечером мама, обрабатывая содранную кожу дочери зеленкой. — Лёш, ну ты-то скажи.

— Тебе нравится футбол? — спросил папа, не отрываясь от газеты.

— Очень, — стыдливо призналась Катя.

— Ну и ходи тогда.

— Лёша!

— Нравится ребенку — пусть ходит. А Дашка молодец, характер ей формирует.

— Ну, знаешь ли…

***

— Катька, Катька! А спорим, что ты Витьку не поцелуешь сразу после экзамена?

— Ты сдурела? Я в субботу на дискотеку с Ромкой иду. Представляешь, что будет, если он узнает?

— Я же знаю, что Ромка тебе не нравится, а нравится Витька. Зачем ты с Ромкой идёшь?

— Затем, что Ромка пригласил меня, а Витька — тебя, ты как будто не знаешь, дурёха, — обиженно фыркнула Катька.

— Сама дурёха. Мне этот Витька даром не сдался. Так что? Целовать будешь или трусиха?

— Я не трусиха! А ты тогда поцелуешь дверь в туалет!

— Фу-у-у-у!

— Что, струсила? Давай на спор?

— Лучше бы ты попросила меня физрука поцеловать. Ладно, дверь так дверь. Давай спорить!

***

— Даш, мне Витька предложение сделал.

— Поздравляю, ты же всегда хотела!

— Хотела, да…

— А что не так?

— Не знаю. Просто это же первая любовь, со школы, понимаешь? Я ведь и не пробовала с другими встречаться, а вдруг это не моё?

— Я не поняла, ты любишь Витьку или нет?

— Люблю.

— Боишься?

— Не боюсь…

— Кать, а давай на спор, что боишься?

— Ты сдурела? Это вообще не шутки, — возмутилась Катька.

— Какие уж тут шутки. Перед нами реальный трус из пепла возрождается. Событие мирового масштаба, так сказать, — затянула Дашка.

— Ну ты, блин… — Катя не могла найти слов, подходящих для описания чувств, испытываемых к подруге. — А спорим тогда, что ты на права не сдашь?

— Вот зараза… — выругалась Дашка. — Знаешь ведь, куда бить. Ладно, спорим!

***

— Катька, а спорим, что ты дочку Дашей не назовешь?

— А ты свою Катей тогда!

— Спорим!

***

— Алло, Кать, привет, как ты? Поедете с нами в отпуск в июне? Димка целый дом на море снял, возьмём детей, отдохнем, как раньше! — звенел голос Дашки в трубке, когда Катя еле живая смотрела в потолок, лежа на диване после трудного рабочего дня.

— Меня шеф не отпустит, — всё, что смогла она выдавить из себя в трубку.

— А спорим, что ты просто боишься спросить?

— Даш, мы ведь не дети. Может, хватит уже?

— Струсила, да? Ну так и скажи.

— Я не струсила… Я просто знаю, что не отпустит.

— А ты попроси. Спорим, что отпустит?

— Хорошо, а ты тогда иди и прыгни с парашютом.

— Кать, ты сдурела? Знаешь же, что я…

— Что? Боишься?

— Нет! Не боюсь! Спорим!

***

— Алло, Катерина Алексеевна, привет! Как сама? Всё лежишь? — зазвучал в динамике бодрый старческий голос.

— А-а-а, Дарья Васильевна, ну здравствуй, здравствуй, дорогая. Лежу, да. Ты как? Как внуки? Как Дима?

— Ой, сплошное веселье. Вчера так шумно футбол смотрели всей семьей, что соседи полицию вызвали, — засмеялась Даша. — Витька говорит, что ты от операции отказываешься. Совсем сдурела?

— Даш, только ты не начинай… Не нужна она мне, операция ваша, я нормально себя чувствую.

— Врачам лучше знать, — холодно отрезала Даша, резко изменившимся голосом. — Давай не дури. Собирайся, я за тобой приеду, и вместе отправимся, без разговоров.

— Не поеду, Даш, не хочу.

— Струсила?

— Пожалуйста, не надо…

— Значит, трусиха? Давай на спор, что боишься?

— Да иди ты! — Катька бросила трубку.

— Говорил же, что не согласится, — махнул рукой Витя, допивая чай, который ему приготовила Даша. Он завалился к ней домой с утра пораньше весь в слезах и рассказал про недуг жены и ее отказ от необходимой операции.

— Не боись, дай ей время, — уверенно сказала Даша, подливая чай в кружки.

И точно, не прошло и десяти минут, как телефон брякнул, оповестив о сообщении.

«Хорошо, спорим. Но тогда давай поспорим еще, что ты выучишь наизусть всего "Евгения Онегина" к Новому году!»

— Ну вот, — показывая сообщение мужу Кати, улыбнулась Даша, — я же говорила. Только мне теперь из-за вас придется в библиотеку переться…

«Спорим!»

***

— Привет, моя хорошая, ну как дела? Как самочувствие?

— Привет. Да супер всё. Уже полгода как ничего не болит. Спасибо тебе и Витьке, что вы меня тогда спровоцировали, если бы не вы… Да что это я. У вас как?

— Всё по-старому. Живём, ругаемся, миримся, радуемся каждому дню. Кать, я тут подумала… А спорим, что ты боишься ехать на все выходные со мной в тур по Золотому кольцу?

— Да что тут спорить, поехали, — улыбнулась в трубку Катя. — Мама права была, ты же не отвяжешься.

— Это точно.

***

— Кать, а давай на спор, что ты в лужу не прыгнешь? А? Кать, ну чего ты молчишь? Струсила, что ли? — Даша сидела на лавочке, которую недавно установили рабочие, и смотрела на фото лучшей подруги, врезанное в мрамор. — Кать, ну хочешь, я дверь туалета поцелую? — она не могла поверить в то, что последнее слово будет за ней. Она всегда была уверена, что этот спор не имеет конца. А тут… Никакого ответа… Или?..

Даша опустила глаза и почти у самой плиты увидела надпись, прикрытую цветами. Она аккуратно отодвинула их рукой и прочла: «А давай на спор, что ты не проживешь еще много-много счастливых лет, прежде чем мы снова увидимся?»

— Спорим!

Александр Райн

Женщина 35 лет

— Я была замужем четыре раза и каждый раз разводилась по какой-то глупости, - пожаловалась клиентка.

— Например?

— Однажды он разбросал вещи вместо того, чтобы аккуратно их сложить - я сделала ему замечание, он отмахнулся, поскольку был занят, а мне надоело что ему вечно не до того, на что я ему и указала - он ответил, что сейчас не может, но позже мы обязательно об этом поговорим. - начала объяснять Анна. - Но мне, блин, надоело что мы все никак не поговорим, и я вспылила по этому поводу, он тоже за словом в карман не полез. Потом я еще больше разгорячилась, и так до момента, когда я, хлопнув дверью, заявила, что ухожу к маме. Пришла к ней и первым делом подала на развод.

— То есть - бытовая ссора. Что-нибудь еще?

— Я разбила машину - его машину, причем совершенно нечаянно: сдавала назад, пробила ограждение и скатилась вниз в овраг, попутно сбив пару молодых деревьев и угодив в огромную лужу. Толя был расстроен, я тоже - он спросил, где были мои глаза и какого хрена я вообще делала в том районе, а я ответила, что завозила клиентке заказ, а потом остановилась чтобы перекусить и вот так получилось. Снова мы зацепились и на адреналине и бурных эмоциях решили, что с нас хватит.

— Понимаю… И теперь вы переживаете что снова ошибетесь в выборе спутника жизни?

— Да нет, я просто не хочу в очередной раз потерять его по какой-то житейской проблеме - я буквально не могу остановиться, когда встречаю отпор. Плюс, я боюсь, что в пятый раз он не выдержит и уже не женится на мне.

— Погодите, вы что же, четырежды были замужем за одним и тем же мужчиной?

— Представьте себе - да, - усмехнулась она. - Вот такой вот мне попался кадр, что хоть и бесится из-за моих нападок, но когда отходит, все же умудряется снова наладить отношения. Мы очень счастливы вместе, буквально договариваем друг за другом фразы, но блин, когда случается нечто подобное - у нас словно отказывают тормоза. И с этим нужно что-то делать!

Женщина 31 год

— Где-то полгода назад, узнала от подруги, что наш общий коллега тайно влюблен в меня. Причем, я бы в жизни об этом не догадалась - он такой тихий и спокойный, никогда не демонстрирующий привязанности или чего-то подобного.

— И как вы поступили?

— Ну, я девушка прямая и уже побывала в нескольких отношениях, так что решила сразу брать быка за рога - подошла к нему перед окончанием рабочего дня и предложила сходить куда-нибудь поесть. Он странно посмотрел на меня, будто не ожидал такого поведения, но согласился - мы отправились ближайшую кафешку, он заказал все, о чем я попросила, развлекал как мог, а мог он довольно неуверенно, видать сказывалось отсутствие привычки, потом заплатил за двоих и предложил проводить меня до дома.

— То есть, оказался вполне себе воспитанным и приятным мужчиной?

— Вроде того, - хихикнула клиентка. - Только он скорей мальчик, а не мужчина - мне пришлось едва ли не силой принуждать сначала к поцелуям, а потом и к первой ночи. Но когда дошло до дела то все оказалось гораздо выше всех моих ожиданий. Он оказался буквально Титаном в части постельных утех, словно занимался этим лет десять каждый день без перерывов - Рома как будто читал все мои мысли и желания. Короче, после такого, все, что я могла - это довольно скулить ему в грудь и пытаться вспомнить как дышать.

— Звучит еще лучше.

— В итоге, я решила для себя, что этот ОН - мой идеал и утроила усилия по сближению. А он, вроде, как и не особо противился, вот только я никак не могла попасть к нему домой. Но в итоге уломала, и знаете, что я там увидела? Кучу холодного оружия на стенах, книги о шпионах на полках, кубки за победы в разных спортивных дисциплинах и куча строгих костюмов в шкафу. Первой моей мыслью было, что я решила выйти замуж за Джеймса Бонда под прикрытием, а не за простого офисного клерка.

— А как он объясняет наличие всех этих вещей?

— Очень просто: ему нравится поддерживать в себе хорошую физическую форму, а еще остросюжетные истории. Оружие досталось от отца - он тот еще коллекционер, а костюмы, это следование поговорке про то, что люди встречают по одежке. Но блин, меня не покидает мысль что тут все нечисто, и он скрывает от меня просто гигантскую часть своей биографии, но я никак не могу заставить его раскрыть карты. Я ведь могу понять спорт или оружие, но где он умудрился стать магистром Камасутры?! В общем, или это я зациклилась на своих фантазиях и нужно их выбить у меня из головы, или он и в самом деле что-то скрывает и вам следует с ним поговорить и все выяснить. Согласны?